This file was created 23 страница

- Ну, вот, точь-в-точь и он говорил мне сейчас, - вскричал князь, - и оба вы точно хвалитесь! вы даже меня удивляете, только он искреннее вашего, а вы в решительное ремесло обратили. Ну, довольно, не морщитесь, Лебедев, и не прикладывайте руки к сердцу. Не скажете ли вы мне чего-нибудь? Вы даром не зайдете…

Лебедев закривлялся и закоробился.

- Я вас целый день поджидал, чтобы задать вам один вопрос; ответьте хоть раз в жизни правду с первого слова: участвовали вы сколько-нибудь в этой вчерашней коляске или нет?

Лебедев опять закривлялся, начал хихикать, потирал руки, даже, наконец, расчихался, но все еще This file was created 23 страница не решался что-нибудь выговорить.

- Я вижу, что участвовали.

- Но косвенно, единственно только косвенно! Истинную правду говорю! Тем только и участвовал, что дал своевременно знать известной особе, что собралась у меня такая компания, и что присутствуют некоторые лица.

- Я знаю, что вы вашего сына туда посылали, он мне сам давеча говорил, но что ж это за интрига такая! - воскликнул князь в нетерпении.

- Не моя интрига, не моя, - отмахивался Лебедев, - тут другие, другие, и скорее, так сказать, фантазия чем интрига.

- Да в чем же дело, разќясните ради Христа? Неужели вы не понимаете, что это прямо до меня касается? Ведь тут чернят Евгения This file was created 23 страница Павловича.

- Князь! Сиятельнейший князь! - закоробился опять Лебедев: - ведь вы не позволяете говорить всю правду; я ведь уже вам начинал о правде; не раз; вы не позволили продолжать…

Князь помолчал и подумал.

- Ну, хорошо; говорите правду, - тяжело проговорил он, видимо после большой борьбы.

- Аглая Ивановна… - тотчас же начал Лебедев.

- Молчите, молчите, - неистово закричал князь, весь покраснев от негодования, а может быть, и от стыда. - Быть этого не может, все это вздор! Все это вы сами выдумали, или такие же сумасшедшие. И чтоб я никогда не слыхал от вас этого более!

Поздно вечером, часу уже в одиннадцатом, явился Коля This file was created 23 страница с целым коробом известий. Известия его были двоякие: петербургские и павловские. Он на-скоро рассказал главные из петербургских (преимущественно об Ипполите и о вчерашней истории), с тем чтоб опять перейти к ним потом, и поскорее перешел к павловским. Три часа тому назад воротился он из Петербурга и, не заходя к князю, прямо отправился к Епанчиным. "Там ужас что такое!" Разумеется, на первом плане коляска, но наверно тут что-то такое и еще случилось, что-то такое им с князем неизвестное. "Я, разумеется, не шпионил и допрашивать никого не хотел; впрочем, приняли меня хорошо, так хорошо, что я даже не This file was created 23 страница ожидал, но о вас, князь, ни слова!" Главнее и занимательнее всего то, что Аглая поссорилась давеча с своими за Ганю. В каких подробностях состояло дело - неизвестно, но только за Ганю (вообразите себе это!), и даже ужасно ссорятся, стало быть, что-то важное. Генерал приехал поздно, приехал нахмуренный, приехал с Евгением Павловичем, которого превосходно приняли, а сам Евгений Павлович удивительно весел и мил. Самое же капитальное известие в том, что Лизавета Прокофьевна, безо всякого шуму, позвала к себе Варвару Ардалионовну, сидевшую у девиц, и раз навсегда выгнала ее из дому, самым учтивейшим, впрочем, образом, - "от самой Вари слышал". Но когда Варя This file was created 23 страница вышла от Лизаветы Прокофьевны и простилась с девицами, то те и не знали, что ей отказано от дому раз навсегда, и что она в последний раз с ними прощается.



- Но Варвара Ардалионовна была у меня.в семь часов? спросил удивленный князь.

- А выгнали ее в восьмом или в восемь. Мне очень жаль Варю, жаль Ганю… у них, без сомнения, вечные интриги, без этого им невозможно. И никогда-то я не мог знать, что они замышляют, и не хочу узнавать. Но уверяю вас, милый, добрый мой князь, что в Гане есть сердце. Это человек во многих отношениях, конечно, погибший, но This file was created 23 страница во многих отношениях в нем есть такие черты, которые стоит поискать, чтобы найти, и я никогда не прощу себе, что прежде не понимал его… Не знаю, продолжать ли мне теперь после истории с Варей. Правда, я поставил себя с первого начала совершенно независимо и отдельно, но все-таки надо обдумать.

- Вы напрасно слишком жалеете брата, - заметил ему князь; - если уж до того дошло дело, стало быть, Гаврила Ардалионович опасен в глазах Лизаветы Прокофьевны, а, стало быть, известные надежды его утверждаются.

- Как, какие надежды! - в изумлении вскричал Коля: - уж не думаете ли вы, что Аглая… этого быть не This file was created 23 страница может!

Князь промолчал.

- Вы ужасный скептик, князь, - минуты чрез две прибавил Коля, - я замечаю, что с некоторого времени вы становитесь чрезвычайный скептик; вы начинаете ничему не верить и все предполагать… а правильно я употребил в этом случае слово "скептик"?

- Я думаю, что правильно, хотя, впрочем, наверно и сам не знаю.

- Но я сам от слова "скептик" отказываюсь, а нашел новое обќяснение, - закричал вдруг Коля, - вы не скептик, а ревнивец! Вы адски ревнуете Ганю к известной гордой девице!

Сказав это, Коля вскочил и расхохотался так, как, может быть, никогда ему не удавалось смеяться. Увидав, что князь весь покраснел, Коля еще пуще This file was created 23 страница захохотал; ему ужасно понравилась мысль, что князь ревнует к Аглае, но он умолк тотчас же, заметив, что тот искренно огорчился. Затем они очень серьезно и озабоченно проговорили еще час или полтора.

На другой день князь по одному неотлагаемому делу целое утро пробыл в Петербурге. Возвращаясь в Павловск уже в пятом часу пополудни, он сошелся в воксале железной дороги с Иваном Федоровичем. Тот быстро схватил его за руку, осмотрелся кругом, как бы в испуге, и потащил князя с собой в вагон первого класса, чтоб ехать вместе. Он сгорал желанием переговорить о чем-то важном.

- Во-первых, милый князь This file was created 23 страница, на меня не сердись, и если было что с моей стороны - позабудь. Я бы сам еще вчера к тебе зашел, но не знал как на этот счет Лизавета Прокофьевна… Дома у меня… просто ад, загадочный сфинкс поселился, а я хожу, ничего не понимаю. А что до тебя, то, по-моему, ты меньше всех нас виноват, хотя, конечно, чрез тебя много вышло. Видишь, князь, быть филантропом приятно, но не очень. Сам, может, уже вкусил плоды. Я, конечно, люблю доброту и уважаю Лизавету Прокофьевну, но…

Генерал долго еще продолжал в этом роде, но слова его были удивительно бессвязны. Видно было, что This file was created 23 страница он потрясен и смущен чрезвычайно чем-то до крайности ему непонятным.

- Для меня нет сомнения, что ты тут не при чем, - высказался наконец он яснее, - но не посещай нас некоторое время, прошу тебя дружески, впредь до перемены ветра. - Что же касается до Евгения Павлыча, - вскричал он с необыкновенным жаром, - то все это бессмысленная клевета, клевета из клевет! Это наговор, тут интрига, желание все разрушить и нас поссорить. Видишь, князь, говорю тебе на ухо: между нами и Евгением Павлычем не сказано еще ни одного слова, понимаешь? Мы не связаны ничем, - но это слово может быть сказано, и даже скоро, и This file was created 23 страница даже, может быть, очень скоро! Так вот чтобы повредить! а зачем, почему - не понимаю! Женщина удивительная, женщина эксцентрическая, до того ее боюсь, что едва сплю. И какой экипаж, белые кони, ведь это шик, ведь это именно то, что называется по-французски шик! Кто это ей? Ей богу согрешил, подумал третьего дня на Евгения Павлыча. Но оказывается, что и быть не может, а если быть не может, то для чего она хочет тут расстроить? Вот, вот задача! Чтобы сохранить при себе Евгения Павлыча? Но повторяю тебе, и вот тебе крест, что он с ней не знаком, и что векселя эти This file was created 23 страница - выдумка! И с такою наглостью ему ты кричит чрез улицу! Чистейший заговор! Ясное дело, что надо отвергнуть с презрением, а к Евгению Павлычу удвоить уважение. Так я и Лизавете Прокофьевне высказал. Теперь скажу тебе самую интимную мысль: я упорно убежден, что она это из личного мщения ко мне, помнишь, за прежнее, хотя я никогда и ни в чем пред нею виноват не был. Краснею от одного воспоминания. Теперь, вот, она опять появилась, я думал, исчезла совсем. Где же этот Рогожин сидит, скажите, пожалуста? Я думал, она давно уже госпожа Рогожина…

Одним словом, человек был сильно сбит с толку. Весь почти час This file was created 23 страница пути он говорил один, задавал вопросы, сам разрешал их, пожимал руку князя и, по крайней мере, в том одном убедил князя, что его он и не думает подозревать в чем-нибудь. Это было для князя важно. Кончил он рассказом о родном дяде Евгения Павлыча, начальнике какой-то канцелярии в Петербурге - "на видном месте, семидесяти лет, вивер, гастроном и вообще повадливый старикашка… Ха! ха! Я знаю, что он слышал про Настасью Филипповну и даже добивался. Заезжал к нему давеча; не принимает, нездоров, но богат, богат, имеет значение и… дай ему бог много лет здравствовать, но опять-таки Евгению Павлычу все This file was created 23 страница достанется… Да, да… а я все-таки боюсь! Не понимаю чего, а боюсь. В воздухе как будто что-то носится, как будто летучая мышь, беда летает, и боюсь, боюсь!.." И наконец только на третий день, как мы уже написали выше, последовало формальное примирение Епанчиных с князем Львом Николаевичем.

XII.

Было семь часов пополудни; князь собирался идти в парк. Вдруг Лизавета Прокофьевна одна вошла к нему на террасу.

- Во-первых, и не смей думать, - начала она, - что я пришла к тебе прощения просить. Вздор! Ты кругом виноват. Князь молчал.

- Виноват или нет?

- Столько же, сколько и вы. Впрочем, ни я, ни This file was created 23 страница вы, мы оба ни в чем не виноваты умышленно. Я третьего дня себя виноватым считал, а теперь рассудил, что это не так.

- Так вот ты как! Ну, хорошо; слушай же и садись, потому что я стоять не намерена.

Оба сели.

- Во-вторых: ни слова о злобных мальчишках! Я просижу и проговорю с тобой десять минут; я пришла к тебе справку сделать (а ты думал и бог знает что?), и если ты хоть одним словом заикнешься про дерзких мальчишек, я встаю и ухожу, и уже совсем с тобой разрываю.

- Хорошо, - ответил князь.

- Позволь тебя спросить: изволил ты This file was created 23 страница прислать, месяца два или два с половиной тому, около Святой, к Аглае письмо?

- Пи-писал.

- С какою же целью? Что было в письме? Покажи письмо! Глаза Лизаветы Прокофьевны горели, она чуть не дрожала от нетерпения.

- У меня нет письма, - удивился и оробел князь ужасно, - если есть и цело еще, то у Аглаи Ивановны.

- Не финти! О чем писал?

- Я не финчу и ничего не боюсь. Я не вижу никакой причины почему мне не писать…

- Молчи! Потом будешь говорить. Что было в письме? Почему покраснел?

Князь подумал.

- Я не знаю ваших мыслей, Лизавета Прокофьевна. Вижу только, что письмо это вам очень не This file was created 23 страница нравится. Согласитесь, что я мог бы отказаться отвечать на такой вопрос; но чтобы показать вам, что я не боюсь за письмо, и не сожалею, что написал, и отнюдь не краснею за него (князь покраснел еще чуть не вдвое более), я вам прочту это письмо, потому что, кажется, помню его наизусть.

Сказав это, князь прочел это письмо почти слово-в-слово, как оно было.

- Экая галиматья! Что же этот вздор может означать по-твоему? - резко спросила Лизавета Прокофьевна, выслушав письмо с необыкновенным вниманием.

- Сам не знаю вполне; знаю, что чувство мое было вполне искреннее. Там у меня бывали минуты This file was created 23 страница полной жизни и чрезвычайных надежд.

- Каких надежд?

- Трудно обќяснить, только не тех, про какие вы теперь, может быть, думаете, - надежд… ну, одним словом, надежд будущего и радости о том, что, может быть, я там не чужой, не иностранец. Мне очень вдруг на родине понравилось. В одно солнечное утро я взял перо и написал к ней письмо; почему к ней - не знаю. Иногда ведь хочется друга подле; и мне видно друга захотелось… - помолчав, прибавил князь.

- Влюблен ты, что ли?

- Н-нет. Я… я как сестре писал; я и подписался братом.

- Гм; нарочно; понимаю.

- Мне очень тяжело отвечать вам на This file was created 23 страница эти вопросы, Лизавета Прокофьевна.

- Знаю, что тяжело, да мне-то дела нет никакого до того, что тебе тяжело. Слушай, отвечай мне правду как пред богом: лжешь ты мне или не лжешь?

- Не лгу.

- Верно говоришь, что не влюблен?

- Кажется, совершенно верно.

- Ишь ты, "кажется"! Мальчишка передавал?

- Я просил Николая Ардалионовича…

- Мальчишка? Мальчишка? - с азартом перебила Лизавета Прокофьевна: - я знать не знаю, какой такой Николай Ардалионович! Мальчишка?

- Николай Ардалионович…

- Мальчишка, говорю тебе!

- Нет, не мальчишка, а Николай Ардалионович, - твердо, хотя и довольно тихо, ответил, наконец, князь.

- Ну, хорошо, голубчик, хорошо! Это тебе я причту. - Минутку она пересиливала свое волнение и отдыхала This file was created 23 страница.

- А что такое: "Рыцарь бедный"?

- Совсем не знаю; это без меня; шутка какая-нибудь.

- Приятно вдруг узнать! Только неужели ж она могла заинтересоваться тобой? Сама же тебя "уродиком" и "идиотом" называла.

- Вы бы могли мне это и не пересказывать, - укоризненно, чуть не шепотом заметил князь.

- Не сердись. Девка самовластная, сумасшедшая, избалованная, - полюбит, так непременно бранить вслух будет и в глаза издеваться; я точно такая же была. Только, пожалуста, не торжествуй, голубчик, не твоя; верить тому не хочу, и никогда не будет! Говорю для того, чтобы ты теперь же и меры принял. Слушай, поклянись, что ты не женат на This file was created 23 страница этой.

- Лизавета Прокофьевна, что вы, помилуйте? - чуть не привскочил князь от изумления.

- Да ведь чуть было не женился?

- Чуть было не женился, - прошептал князь и поник головой.

- Что ж, в нее что ли влюблен, коли так? Теперь для нее приехал? Для этой?

- Я приехал не для того, чтобы жениться, - ответил князь.

- Есть у тебя что-нибудь святое на свете?

- Есть.

- Поклянись, что не для того, чтобы жениться на той.

- Клянусь, чем хотите!

- Верю; поцелуй меня. Наконец-то я вздохнула свободно; но знай: не любит тебя Аглая, меры прими, и не бывать ей за тобой, пока я на свете This file was created 23 страница живу! Слышал?

- Слышал.

Князь до того краснел, что не мог прямо глядеть на Лизавету Прокофьевну.

- Заруби же. Я тебя как провидение, ждала (не стоил ты того!), я подушку мою слезами по ночам обливала, - не по тебе, голубчик, не беспокойся, у меня свое другое горе, вечное и всегда одно и то же. Но вот зачем я с таким нетерпением ждала тебя: я все еще верю, что сам бог тебя мне как друга и как родного брата прислал. Нет при мне никого, кроме старухи Белоконской, да и та улетела, да вдобавок глупа как баран стала от старости. Теперь отвечай просто да или This file was created 23 страница нет; знаешь ты, зачем она третьего дня из коляски кричала?

- Честное слово, что я тут не участвовал и ничего не знаю!

- Довольно, верю. Теперь и у меня другие мысли об этом, но еще вчера, утром, во всем винила Евгения Павлыча. Целые сутки третьего дня и вчера утром. Теперь, конечно, не могу не согласиться с ними: до очевидности, что над ним тут, как над дураком, насмеялись, почему-то, зачем-то, для чего-то (уж одно это подозрительно! да и не благовидно!) - но не бывать Аглае за ним, говорю тебе это! Пусть он хороший человек, а так оно будет. Я и прежде колебалась This file was created 23 страница, а теперь уж наверно решила: "Положите сперва меня в гроб и закопайте в землю, тогда выдавайте дочь", вот что я Ивану Федоровичу сегодня отчеканила. Видишь, что я тебе доверяю, видишь?

- Вижу и понимаю.

Лизавета Прокофьевна пронзительно всматривалась в князя; может быть, ей очень хотелось узнать, какое впечатление производит на него известие о Евгении Павлыче.

- О Гавриле Иволгине ничего не знаешь?

- То-есть… много знаю.

- Знал или нет, что он в сношениях с Аглаей?

- Совсем не знал, - удивился и даже вздрогнул князь: - как, вы говорите, Гаврила Ардалионович в сношениях с Аглаей Ивановной? Быть не может!

- Недавно очень This file was created 23 страница. Тут сестра всю зиму ему дорогу протачивала, как крыса работала.

- Я не верю, - твердо повторил князь после некоторого размышления и волнения. - Если б это было, я бы знал наверно.

- Небось, он бы сам пришел, да на груди твоей признался в слезах! Эх ты, простофиля, простофиля! Все-то тебя обманывают, как… как… И не стыдно тебе ему доверяться? Неужели ты не видишь, что он тебя кругом облапошил?

- Я хорошо знаю, что он меня иногда обманывает, - неохотно произнес князь вполголоса, - и он знает, что я это знаю… - прибавил он и не договорил.

- Знать и доверяться! Этого недоставало! Впрочем, от тебя так и This file was created 23 страница быть должно. И я-то чему удивляюсь, Господи! Да был ли когда другой такой человек! Тьфу! А знаешь, что этот Ганька, или эта Варька ее в сношения с Настасьей Филипповной поставили?

- Кого?! - воскликнул князь.

- Аглаю.

- Не верю! Быть того не может! С какою же целию?

Он вскочил со стула.

- И я не верю, хоть есть улики. Девка своевольная, девка фантастическая, девка сумасшедшая! Девка злая, злая, злая! Тысячу лет буду утверждать, что злая! Все они теперь у меня такие, даже эта мокрая курица, Александра, но эта уж из рук вон выскочила. Но тоже не верю! Может быть, потому что не хочу верить This file was created 23 страница, - прибавила она как будто про себя. - Почему ты не приходил? - вдруг обернулась она опять к князю. - Все три дня почему не приходил? - нетерпеливо крикнула ему она другой раз.

Князь начал было рассказывать свои причины, но она опять перебила.

- Все-то тебя как дурака считают и обманывают! Ты вчера в город ездил; об заклад побьюсь, на коленях стоял, десять тысяч просил принять этого подлеца!

- Совсем нет и не думал. Даже и не видал его, и, кроме того, он не подлец. Я от него письмо получил.

- Покажи письмо!

Князь достал из портфеля записку и подал Лизавете Прокофьевне. В записке было:

"Милостивый This file was created 23 страница государь, я, конечно, не имею ни малейшего права, в глазах людей, иметь самолюбие. По людскому мнению, я слишком ничтожен для этого. Но это в глазах людей, а не в ваших. Я слишком убедился, что вы, милостивый государь, может быть, лучше других. Я не согласен с Докторенкой и расхожусь с ним в этом убеждении. Я от вас никогда не возьму ни копейки, но вы помогли моей матери, и за это я обязан быть вам благодарен, хотя и чрез слабость. Во всяком случае я смотрю на вас иначе и почел нужным вас известить. А затем полагаю, что между This file was created 23 страница нами не может быть более никаких сношений. Антип Бурдовский".

"Р. S. Недостающая до двухсот рублей сумма будет вам в течение времени верно выплачена".

- Экая бестолочь! - заключила Лизавета Прокофьевна, бросая назад записку, - не стоило и читать. Чего ты ухмыляешься?

- Согласитесь, что и вам приятно было прочесть.

- Как! Эту проеденную тщеславием галиматью! Да разве ты не видишь, что они все с ума спятили от гордости и тщеславия?

- Да, но все-таки он повинился, порвал с Докторенкой, и чем он даже тщеславнее, тем дороже это стоило его тщеславию. О, какой же вы маленький ребенок, Лизавета Прокофьевна!

- Что ты от меня пощечину что ли получить This file was created 23 страница наконец намерен?

- Нет, совсем не намерен. А потому что вы рады записке, а скрываете это. Чего вы стыдитесь чувств ваших? Ведь это у вас во всем.

- Шагу теперь не смей ступить ко мне, - вскочила Лизавета Прокофьевна, побледнев от гнева, - чтоб и духу твоего у меня теперь с этой поры не было никогда!

- А чрез три дня сами придете и позовете к себе… Ну как вам не стыдно? Это ваши лучшие чувства, чего вы стыдитесь их? Ведь только сами себя мучаете.

- Умру не позову никогда! Имя твое позабуду! Позабыла!! Она бросилась вон от князя.

- Мне и без вас уже запрещено This file was created 23 страница ходить к вам, - крикнул князь ей вслед.

- Что-о? Кто тебе запретил?

Она мигом обернулась, точно ее укололи иголкой. Князь заколебался было ответить; он почувствовал, что нечаянно, но сильно проговорился.

- Кто запрещал тебе? - неистово крикнула Лизавета Прокофьевна.

- Аглая Ивановна запрещает…

- Когда? Да го-во-ри же!!!

- Давеча утром прислала, чтоб я никогда не смел к вам ходить.

Лизавета Прокофьевна стояла как остолбенелая, но она соображала.

- Что прислала? Кого прислала? Чрез мальчишку? На словах? - воскликнула она вдруг опять.

- Я записку получил, - сказал князь.

- Где? Давай! Сейчас!

Князь подумал с минуту, однако же вынул из жилетного кармана небрежный клочок This file was created 23 страница бумаги, на котором было написано:

"Князь Лев Николаевич! Если, после всего, что было, вы намерены удивить меня посещением нашей дачи, то меня, будьте уверены, не найдете в числе обрадованных. Аглая Епанчина".

Лизавета Прокофьевна обдумывала с минуту; потом вдруг бросилась к князю, схватила его за руку и потащила за собой.

- Сейчас! Иди! Нарочно сейчас, сию минуту! - вскричала она в припадке необычайного волнения и нетерпения.

- Но ведь вы меня подвергаете…

- Чему? невинный простофиля! точно даже и не мужчина! Ну, теперь я сама все увижу, своими глазами…

- Да шляпу-то по крайней мере захватить дайте..

- Вот твоя мерзкая шляпенка, идем! Фасону даже не This file was created 23 страница умел со вкусом выбрать!.. Это она… это она после давешнего… это с горячки, - бормотала Лизавета Прокофьевна, таща за собой князя и ни на минуту не выпуская его руки, - давеча я за тебя заступилась, сказала вслух, что дурак, потому что не идешь… иначе не написала бы такую бестолковую записку! Неприличную записку! Неприличную благородной, воспитанной, умной, умной девушке!.. Гм, - продолжала она, - уж конечно самой досадно было, что ты не идешь, только не рассчитала, что так к идиоту писать нельзя, потому что буквально примет, как и вышло. Ты чего подслушиваешь? - крикнула она, спохватившись, что проговорилась: - Ей шута надо такого, как ты, давно This file was created 23 страница не видала, вот она зачем тебя просит! И я рада, рада, что она теперь тебя на зубок подымет! Того ты и стоишь. А она умеет, о, как она умеет!..

* ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ.*

I.

Поминутно жалуются, что у нас нет людей практических; что политических людей, например, много, генералов тоже много; разных управляющих, сколько бы ни понадобилось, сейчас можно найти каких угодно, - а практических людей нет. По крайней мере, все жалуются, что нет. Даже, говорят, прислуги на некоторых железных дорогах порядочной нет; администрации чуть-чуть сносной в какой-нибудь компании пароходов устроить, говорят, никак невозможно. Там, слышишь, на какой-нибудь новооткрытой This file was created 23 страница дороге столкнулись или провалились на мосту вагоны; там, пишут, чуть не зазимовал поезд среди снежного поля: поехали на несколько часов, а пять дней простояли в снегу. Там, рассказывают, многие тысячи пудов товару гниют на одном месте по два и по три месяца, в ожидании отправки, а там, говорят (впрочем, даже и не верится), один администратор, то-есть какой-то смотритель, какого-то купеческого приказчика, пристававшего к нему с отправкой своих товаров, вместо отправки администрировал по зубам, да еще объяснил свой административный поступок тем, что он "погорячился". Кажется, столько присутственных мест в государственной службе, что и подумать страшно; все служили, все служат, все This file was created 23 страница намерены служить, - так как бы, кажется, из такого материала не составить какой-нибудь приличной компанейской пароходной администрации?

На это дают иногда ответ чрезвычайно простой, - до того простой, что даже и не верится такому объяснению. Правда, говорят, у нас все служили или служат, и уже двести лет тянется это по самому лучшему немецкому образцу, от пращуров к правнукам, - но служащие-то люди и есть самые непрактические, и дошло до того, что отвлеченность и недостаток практического знания считался даже между самими служащими, еще недавно, чуть не величайшими добродетелями и рекомендацией. Впрочем, мы напрасно о служащих заговорили, мы хотели говорить This file was created 23 страница собственно о людях практических. Тут уж сомнения нет, что робость и полнейший недостаток собственной инициативы постоянно считался у нас главнейшим и лучшим признаком человека практического, - даже и теперь считается. Но зачем винить только себя, - если только считать это мнение за обвинение? Недостаток оригинальности и везде, во всем мире, спокон-века считался всегда первым качеством и лучшею рекомендацией человека дельного, делового и практического, и, по крайней мере, девяносто девять сотых людей (это-то уж по крайней мере) всегда состояли в этих мыслях, и только разве одна сотая людей постоянно смотрела и смотрит иначе.

Изобретатели и гении почти всегда при This file was created 23 страница начале своего поприща (а очень часто и в конце) считались в обществе не более как дураками, - это уж самое рутинное замечание, слишком всем известное. Если, например, в продолжение десятков лет все тащили свои деньги в ломбард и натащили туда миллиарды по четыре процента, то уж разумеется, когда ломбарда не стало, и все остались при собственной инициативе, то большая часть этих миллионов должна была непременно погибнуть в акционерной горячке и в руках мошенников, - и это даже приличием и благонравием требовалось. Именно благонравием; если благонравная робость и приличный недостаток оригинальности составляли у нас до сих пор, по общепринятому убеждению, неотъемлемое качество This file was created 23 страница человека дельного и порядочного, то уж слишком непорядочно и даже неприлично было бы так слишком вдруг измениться. Какая, например, мать, нежно любящая свое дитя, не испугается и не заболеет от страха, если ее сын или дочь чуть-чуть выйдут из рельсов: "нет, уж лучше пусть будет счастлив и проживет в довольстве и без оригинальности", думает каждая мать, закачивая свое дитя. А наши няньки, закачивая детей, спокон-веку причитывают и припевают: "будешь в золоте ходить, генеральский чин носить!" Итак, даже у наших нянек чин генерала считался за предел русского счастья и, стало быть, был самым популярным национальным идеалом спокойного, прекрасного блаженства This file was created 23 страница. И в самом деле: посредственно выдержав экзамен и прослужив тридцать пять лет, - кто мог у нас не сделаться наконец генералом и не скопить известную сумму в ломбарде? Таким образом, русский человек, почти безо всяких усилий, достигал, наконец, звания человека дельного и практического. В сущности, не сделаться генералом мог у нас один только человек оригинальный, другими словами, беспокойный. Может быть, тут и есть некоторое недоразумение; но говоря вообще, кажется, это верно, и общество наше было вполне справедливо, определяя свой идеал человека практического. Тем не менее мы все-таки наговорили много лишнего; хотели же собственно сказать несколько пояснительных слов о знакомом This file was created 23 страница нам семействе Епанчиных. Эти люди, или по крайней мере наиболее рассуждающие члены в этом семействе, постоянно страдали от одного почти общего их фамильного качества, прямо противоположного тем добродетелям, о которых мы сейчас рассуждали выше. Не понимая факта вполне (потому что его трудно понять), они все-таки иногда подозревали, что у них в семействе как-то все идет не так, как у всех. У всех гладко, у них шероховато; все катятся по рельсам, - они поминутно выскакивают из рельсов. Все поминутно и благонравно робеют, а они нет. Лизавета Прокофьевна, правда, слишком даже пугалась, но все-таки это была не та благонравная светская робость This file was created 23 страница, по которой они тосковали. Впрочем, может быть, только одна Лизавета Прокофьевна и тревожилась: девицы были еще молоды, - хотя народ очень проницательный и иронический, а генерал хоть и проницал (не без туготы впрочем), но в затруднительных случаях говорил только: гм! и в конце концов возлагал все упования на Лизавету Прокофьевну. Стало быть, на ней и лежала ответственность. И не то чтобы, например, семейство это отличалось какою-нибудь собственною инициативой или выпрыгивало из рельсов по сознательному влечению к оригинальности, что было бы уж совсем неприлично. О, нет! Ничего этого, по-настоящему, не было, то-есть никакой сознательно-поставленной цели, а This file was created 23 страница все-таки, в конце концов, выходило так, что семейство Епанчиных, хотя и очень почтенное, было все же какое-то не такое, каким следует быть вообще всем почтенным семействам. В последнее время Лизавета Прокофьевна стала находить виноватою во всем одну себя и свой "несчастный" характер, - отчего и увеличились ее страдания. Она сама поминутно честила себя "глупою, неприличною чудачкой" и мучилась от мнительности, терялась беспрерывно, не находила выхода в каком-нибудь самом обыкновенном столкновении вещей и поминутно преувеличивала беду.

Еще в начале нашего рассказа мы упомянули, что Епанчины пользовались общим и действительным уважением. Даже сам генерал Иван Федорович, человек происхождения This file was created 23 страница темного, был бесспорно и с уважением принят везде. Уважения он и заслуживал, во-первых, как человек богатый и "не последний", и во-вторых, как человек вполне порядочный, хотя и не далекий. Но некоторая тупость ума, кажется, есть почти необходимое качество если не всякого деятеля, то по крайней мере всякого серьезного наживателя денег. Наконец генерал имел манеры порядочные, был скромен, умел молчать и в то же время не давать наступать себе на ногу, - и не по одному своему генеральству, а и как честный и благородный человек. Важнее всего было то, что он был человек с сильною протекцией. Что же касается до Лизаветы This file was created 23 страница Прокофьевны, то она, как уже объяснено выше, была и роду хорошего, хотя у нас на род смотрят не очень, если при этом нет необходимых связей. Но у ней оказались наконец и связи; ее уважали и наконец полюбили такие лица, что после них, естественно, все должны были ее уважать и принимать. Сомнения нет, что семейные мучения ее были неосновательны, причину имели ничтожную и до смешного были преувеличены; но если у кого бородавка на носу или на лбу, то ведь так и кажется, что всем только одно было и есть на свете, чтобы смотреть на вашу бородавку, над нею смеяться и This file was created 23 страница осуждать вас за нее, хотя бы вы при этом открыли Америку. Сомнения нет и в том, что в обществе Лизавету Прокофьевну действительно почитали "чудачкой"; но при этом уважали ее бесспорно: а Лизавета Прокофьевна стала не верить, наконец, и в то, что ее уважают, - в чем и была вся беда. Смотря на дочерей своих, она мучилась подозрением, что беспрерывно чем-то вредит их карьере, что характер ее смешон, неприличен и невыносим, за что, разумеется, беспрерывно обвиняла своих же дочерей и Ивана Федоровича и по целым дням с ними ссорилась, любя их в то же время до самозабвения и чуть This file was created 23 страница не до страсти.


documentajuncjx.html
documentajunjuf.html
documentajunren.html
documentajunyov.html
documentajuofzd.html
Документ This file was created 23 страница